Мама Гремлина, Горыныча и Василисы (mama_gremlina) wrote,
Мама Гремлина, Горыныча и Василисы
mama_gremlina

Хатынь

В отличие от Дальвы, маленькой и трогательной, Хатынь - велика и торжественна. Там тоже тяжело, она тоже придавливает болью и смертью, тоже наворачиваются слезы, но она совсем другая. Хатынь - мемориал войны и подвига, память о зверствах фашистов в стране, первой принявшей удар, о жертвах и потерях. Дальва - мемориал жизни и смерти, любви и боли, память о конкретных людях.

Хатынь.


Кто не слышал о Хатыни? Разве что тот, кто пошел в школу после 1991 года, и то вряд ли. А у нас были стихи, песни, учебники истории. Мы все знали, что фашисты сожгли людей в деревне под названием Хатынь. Мы все ужасались и плакали на уроке, на котором учительница литературы читала нам, пятиклассникам, стихотворение про родную хату. Мы все верили, что этого больше не повторится никогда, по крайней мере в нашей стране, потому что это невозможно в современном, цивилизованном, стерильном мире... И мы все, кстати, потеряли эту веру в 2014 году, но сейчас не о том, во-первых, страна давно не та, а во-вторых не политический у меня журнал, так что будем считать, просто к слову пришлось: я не писала, а вы не читали

Кто не слышал о Хатыни? Это уже не имя, это символ. Про Хатынь написаны десятки книг, сотни стихотворений. До сих пор современнейшие авторы, живущие в сети на поэтических ресурсах, не только те, которых читаешь, затаив дыхание, но и те, которые в основной массе своих стихов спотыкаются на падежах и рифмах "кровь-любовь", даже эти вдруг внезапно, посетив мемориал или просто прочтя о нем - рождают шедевр, достойный Михаила Исаковского... Потому что о Хатыни невозможно говорить пошло и глупо, наверное.

Хатынь - большая деревня. Много домов, много людей, много колодцев, большая площадь. Это не маленькая Дальва с 44 жителями. И все-таки, они все погибли в один день, так же страшно и безвинно, как и жители Дальвы.

Мемориал создан с учетом расположения домов. На месте каждого дома - навсегда открытая калитка, через неё дорожка ведет к стилизованному фундаменту с печной трубой. На печной трубе - табличка с именами жителей дома и колокол, автоматически звенящий каждые несколько секунд. Одновременно с колоколами всех остальных домов.



Маленькие сооружения под треугольными крышами - символы колодцев, расположенные на тех местах, где были колодцы. Только эти колодцы бетонные, со стеклянными вставками, воды в них больше нет, только стекло. И люди бросают туда - на стекло - монетки. Как в воду.

На втором фото - табличка с именами четырех детей и трех взрослых. Два женских имени, одно мужское. Но мужчины в основном были на войне, поэтому, видимо, Иосиф и Фекла - дедушка и бабушка этой семьи. Нина - мама, а остальные четверо - её дети, от 9 до 2 лет. Папы в списке нет. Папа вернется сюда в 1944 году и узнает, что произошло.



Сожжены не только Хатынь и Дальва. Уничтожено 186 деревень вместе с людьми. И мемориал содержит в память о них целое большое кладбище деревень. Как обычный кладбищенский участок, такой, на котором хоронят людей, с камнем-памятником, только вместо имени человека и дат его жизни - название целой деревни. И таких участков 186.



На последних двух фото - имена деревень, возродившихся. Их 433, и они собраны в кроны стилизованных берез. Как символ жизни.

Фашисты не только жгли деревни. Они организовывали лагеря, рабочие и "научно-исследовательские". В этих лагерях погибли люди, взрослые, пожилые, мужчины, женщины... и дети. Посмотрите на оформление ограды фрагмента мемориала, посвященного этому. У стены с названиями лагерей - разве не христианский крест? В советское время. И никто ничего не сказал: есть места и моменты, когда борьба с религией отступала перед важностью и величиной происходящего даже в нашей бывшей атеистической стране.



На последнем фото - игрушки. Как на кладбище умершим рано детям и внукам, люди приносят сюда игрушки.

В Белоруссии во время войны погиб (сожжен, замучен, расстрелян или убит, защищая страну) каждый четвертый. Четверть всего населения:



Хатынь - всего лишь одна из деревень. 22 марта 1943 года здесь, в большом деревенском сарае, погибли 149 человек. 70 из них - дети. Остальные - женщины и старики. Иногда - пожилые люди, которые не оказались достаточно здоровы для войны, например - Иосиф Каминский. Единственный взрослый, выживший наутро. И нашедший своего последнего младшего сына, который не выжил. О них рассказывает памятник "Непокоренный человек":

Хатынь. Непокоренный человек


Хатынь


На выходе из основного пространства - одноэтажное зеленое здание. Музей. Платный, достаточно дорогой для подобного места, но он того стоит. Сувенирная лавка на входе, наверное, немного лишняя, но с другой стороны, может быть в нашем мире после 2014 года многим не помешает иметь на холодильнике магнитик "Хатынь"...



В музее - фотографии погибших жителей Хатыни. Их истории. Стена-колумбарий с именами и горящими свечами. А ещё - зал с историей создания мемориала. И фотовыставка с фотосвидетельствами фашистских преступлений.



Эту серию пусть до последней фотографии доматывают только сильные духом и крепкие нервами. Мамам лучше не доматывать.



У меня о Хатыни на этот раз все. Остальное можно прочитать в сети (или вспомнить из советского школьного детства).

Говорят, в окрестностях Дальвы и Хатыни есть ещё множество более мелких, но не менее важных мемориалов. Говорят, они есть не только в окрестностях Дальвы и Хатыни.
Если знаете такие, накидайте названия, и мы в следующий раз съездим туда. Не мазохизма ради, а ради памяти, скорби и уважения. Плевать на пафосные слова.
Tags: #путешествие17, Беларусь, вечное, музеи, путешествие17
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments